Регистрация    Войти
Авторизация
К съезду
О роли механизмов психологической защиты в формировании невротических расстройств

Представьте, какая была бы тишина, если бы люди говорили только о том, что знают.
К. Чапек


Сразу оговорюсь: некоторые мысли, представленные в докладе, вовсе не претендуют на абсолютную истину. Цель автора – поделиться с коллегами своими наблюдениями и выводами, которые, возможно, окажутся полезными в лечении пациентов с пограничной психопатологией, учитывая её распространённость и социальную значимость.
Мы можем быть информированными или не информироваными о той или иной теории. Обладать или не обладать запасом энциклопедических знаний. Но отсутствие информации не делает нас невеждами, а её обилие – мудрецами. Что- то привлекает нас в том или ином учении. Мы меняем взгляды или пытаемся синтезировать вновь полученную информацию с уже имеющейся, интегрировать подходы к терапии – и это кажется нам новым методом , или даже направлением. Независимым от наших взглядов, знаний и стремлений остаётся одно: человеческой психике достоверно присущи 2 процесса:
Первый, естественный для всего сущего, – нарастание хаоса, в том числе и в сознании («рост информационной энтропии», говоря языком физиков), не требующий от нас энергетических затрат и от нас независящий. Это закон природы!
Второй — стремление к упорядочению. В нашем случае — информации, с целью снижения уровня тревоги, порождаемой этим хаосом. И не важно, над какой теорией или моделью работает наше сознание: бытовой или научной, — лишь упорядоченность ведёт к спокойствию и ощущению благополучия. Именно эта упорядоченность сознания, хоть и временная, является и средством, и целью к достижению душевного комфорта.
В чём корни этого стремления человека «держать всё под контролем», способности испытывать удовлетворение и в то же время некую опустошённость при достижении намеченной цели? Заметим: в отличие от животного, только человек «самодостаточен» в получении удовлетворения от разрешения какой- либо проблемы, решения задачи. Собака, гавкающая на лампочку и получающая кусок сахара, возможно и полагает, что манипулирует человеком: «Я гавкну – он даст сахар», а мы называем это условным рефлексом. Но человек – другое дело. Ему не нужно материального подкрепления (см. Т.Бауэр «Психическое развитие младенца»). Младенец 1 – 2-х месяцев поворачивает головку – загорается лампочка. Он проделывает это несколько раз, убеждаясь, что «механизм срабатывает», и теряет интерес к процессу. Но вот малыш поворачивает голову, и лампочка не загорается. Он начинает капризничать и совершает другие «пробные», иногда довольно сложные движения, пока не увидит положительный результат. Он снова «проверяет, работает ли механизм» и успокаивается ,лишь видя, что «задача решена». В этом случае положительный результат сам по себе является поощрением, наградой.
Человек познаёт мир методом проб и ошибок, сталкиваясь с неизвестным. В каждой ситуации человек поступает сообразно своим воззрениям на окружающее, опираясь на личный жизненный опыт и с надеждой на благоприятный для себя исход.
Получай он при этом каждый раз «поощрение», закрепляющее условный рефлекс, — всю жизнь «гавкал бы на лампочку» (искал бы потерянный ключ не там, где уронил, а там, где светло)…
Не правильнее ли сделать предположение, что инстинкт к разрешению задачи не является следствием научения, а , согласно определению самого слова, изначально заложен в природе человека, т.е. является врождённым стремлением.
С точки зрения классической психологии это объясняет зарождение, развитие психического феномена — механизмов психологической защиты, их развития от примитивных(отрицание, проекция, диссоциация) до более «зрелых», таких как вытеснение, регрессия, интеллектуализация, рационализация, сублимация и др.
Как результат невозможности осуществления изменений во внешнем мире, по причине независимого его существования, т.е. невозможности разрешения задачи — в психике ребёнка возникают «блоки восприятия». Они учат человека видеть мир таким, каким подсказывает его мозг, т.е. искажённым, но предсказуемым , а потому безопасным.
Можно спорить о правомочности введения самого термина «инстинкт к разрешению задачи», но нельзя же не принимать во внимание таких его проявлений, как азарт (рудиментарный механизм психологической защиты, не подчиняющийся законам логики, но имеющий выраженнейшую эмоциональную окраску); взвешивание всех «за» и «против» при принятии решений (как будто это возможно!); наконец невозможность выйти за рамки жизненного опыта при столкновении с неизвестным и связанное с этим состояние дистресса. Последнее связано, по нашему мнению, с бессознательным принятием «принципа универсальности» механизмов психологической защиты. В этом случае уместно напомнить: «Ум хорошо устроенный лучше, чем ум хорошо наполненный», и хорошо, когда способность к восприятию нового этим умом не утрачена.
Будучи некогда полезными, поведенческие стереотипы становятся на определённом этапе преградой к избавлению от невроза. Можно говорить о неврозе, как о последствиях внутриличностного конфликта. Но конфликт, с которым чаще приходится сталкиваться психотерапевту — не противоборство бессознательного тёмного «Оно» и морального «Сверх Я». Где «Я» — поле битвы. Согласно вышеописанному, причину невроза можно усмотреть скорее в отсутствии конфликта. Полезного конфликта — между инстинктом к разрешению задачи и естественным хаосом, возникающим в сознании, порождающим растерянность и тревогу, но «питающим» этот творческий инстинкт . В своё оправдание перед сторонниками динамического направления скажу, что такое представление о неврозе вовсе не противоречит положению о комплексах и связанных с их формированием «застреванием» на разных фазах психосексуального развития с последующей невротизацией. Наоборот. Успешное преодоление этих фаз без формирования при этом невротической личности возможно лишь при реализации упомянутого инстинкта, не «обросшего» механизмами защиты.
Потому и лечение невротических расстройств видится в распознании и дезактуализации тех самых «защитных» механизмов. Наверное, Вы замечали: невротики, декларируя своё бедственное состояние, часто панически боятся выздоровления. Их бессознательный постулат: «Мириться лучше со знакомым злом, чем бегством к незнакомому стремиться…»- перевешивает все разумные аргументы психотерапевта. Нами внедрены и широко используются в терапевтической практике: элементы провокативной терапии Фаррелли, но лишь в качестве «катализатора состояния замешательства» у пациента на начальных этапах проведения эмотивно — когнитивной терапии; интегрированная клиент–центрированная терапия К.Роджерса с методологией Эдварда де Боно в навыках выработки новых идей и стимуляции творческого мышления и др.
Отмечено, что лишь индуцируя тревогу у невротика по поводу его иллюзорного спокойствия, можно привнести в его психику тот созидательный хаос, который способен пробудить у пациента с пограничной психопатологией интерес к эксперименту, освободить сознание для новых идей и поведенческих реакций. Это помогает не только избавиться от расстройства, но и вызывает своего рода иммунитет к бессознательному использованию как косных инфантильных, так и вторичных механизмов психологической защиты, как первопричины невроза.
2 августа 2013г. г. Могилёв Заглянув один раз, вы обязательно бесплатные программы скачаете для пк с лучшего сайта последние хорошие фильмы смотреть онлайн на кинопортале или ещё можно шаблоны под dle 10.2 бесплатые на лучшем сайте.

Напечатать